Личный крик, горловая чакра
Пару дней назад мне снилось, как я кричу, оглушаю всех соседей и себя в том числе.
Сегодня мне снилось, что на конкурсе фотографий мое мнение ничего не значит. Но в итоге оказывается, что я - приглашенный авторитетный гость.
Сегодня вечером я открыла стекляшку Radler (пиво с лимоном) и обнаружила, что Billie Eilish, с творчеством которой я принципиально не хотела знакомиться, на самом деле удивительно сильна в проявлении своей темноты.
Я слушала и ощущала знакомые мне ноты боли, потери, насилия, "плохой девочки" и всего того, что выражала во сне оглушительным криком.
Я поняла, что где-то позабыла себя ту, которая умеет орать. Что я умею орать и делать это громко. Орать о боли внутри. О счастье, о жизни. О пустоте. Орать о чем угодно.
Когда-то видимо мне показалось, что говорить творчеством можно только о чем-то светлом.
Сейчас у меня созрел запрос для новой сессии с остеопатом:
"Помоги мне найти мой голос. Я хочу уметь кричать болью, и быть услышанной"
... ведь только умея кричать от боли получится кричать и от радости
У меня есть стопка фотографий. Бывает я их открываю и разглядываю, потом складываю в ящик и забываю на какое-то время. Эти фотографии сделала я. Их штук 300. Я талантлива, теперь я это вижу. Там много street фотографии. Некоторые кричат чувствами.
Я не знала что с ними делать, и казалось, это пережиток какой-то бурной юности.
Теперь я снова открываю этот ящик. Беру эту стопку, что бы завтра показать Мириам.
Я скажу ей "Сделайте так, что бы я поверила в свой собственный крик"
Когда я только училась рисовать, я на день рождения папы нарисовала его портрет. Он сказал "как-то кривовато" и посмеялся.
Когда я решила фотографировать, я попросила папу научить меня. За все 10 лет я не могу припомнить слов искренней похвалы от него.
Мои снимки по его мнению были то неверно отретушированы, то горизот завален, то в них просто "ничего не было". Я и не была серьезным фотографом, и в его глазах им так и не стала.
Годам к 18 я познакомилась с моим другом, который занимался фотографией, и был, как полагал мой отец, "настоящим" фотографом. Нас познакомил отец, друг был старше меня на пару лет.
В общении с другом я всегда чувстовала себя где-то сбоку, и мне хотелось найти ту тайну его прекрасных снимков.
Только сейчас я открыла свои снимки, и наконец-то УВИДЕЛА их. Они полны чувств и эмоций, они настоящие и глубокие. Они шикарны такими, какими их сделала Я.
Как-то раз мой отец отдал пленку для фотоаппарата моему другу, и я была в недоумении, ведь он знал, что Я, его дочь, фотограф, и буду рада получить эту пленку!
Я не получила от отца признания, и считала себя как бы "недо", или скорее "просто милые фоточки". Мне казалось, что я не имела права голоса. Мой друг обрастал связями, выигрывал награды в конкурсах, и эта пропасть между нами росла, хоть я была так же талантлива как он. Я и не подавалась на конкурсы, просто потому что в моем мире я так и не была принята в мир фотографии.
И сейчас, возвращаясь к теме моего голоса, личного крика, я возвращаюсь к фотографии, потому что это был один из первых способов заявить о себе.
А отец - первый, и наверное самый важный образ, который может принять в волшебный мир профессии, а может отвергнуть.
Принять - это не подарить камеру. Это сказать "У тебя шикарные снимки. Ты лучшая!" и делать это до тех пор, пока человек сам в это не начнет верить.
Я так и не поступила в университет, наверное потому, что ощущала, что я и не буду там принята. Я не оставляла возможности в своей голове тому, что состояние причастности к группе можно получить. Ведь как бы не был силен университет, друг, компания, учитель... слова отца будут отзываться в голове куда сильнее.
Вот так в реальном времени формируется мой запрос к себе. Я вижу где и когда я так и не обрела свой голос, хоть и старалась.
У меня есть Телеграм-канал, где публикую новые статьи